Глава 9

Андрей

— Черт! — я долбанул кулаком по рулю своего «Мустанга», в котором сидел; сжал кулаки так, что костяшки побелели.

Роза выходит замуж... Да откуда я вообще мог об этом знать?!

Нет, меня огорчало не то, что проиграл Алексу спор, а то, что я потерял ее, не успев обрести. Девушка с первой встречи запала мне в душу, и ничего с этим поделать нельзя. Это как наваждение. Впервые за долгие годы могу с уверенностью сказать, что прошлое больше не держит меня в своих сетях. Роза — вот имя моей спасительницы. И теперь не представляю, как буду жить без озорной улыбки, от которой под ложечкой начинает посасывать, когда вижу ее. Без моей красавицы. Куда девать мысли, которыми забита голова? Нет, я не отступлю! Буду рядом, на случай, если она вдруг передумает выходить замуж.

Заведя тачку, помчался прямиком в студию и через полчаса был уже там.

— Ну как продвигается? — спросил у Пашки, сидящего за компом.

Несколько дней назад мы начали записывать новую песню, и сейчас он как раз корпел над ней.

— Хочешь послушать?

— Ага.

Он включил трек.

— Неплохо. Очень даже неплохо получилось.

— Ты как? Готов поработать?

В тот момент смартфон в кармане брюк завибрировал. Вынув его, не поверил глазам. На дисплее высветилось имя «Роза», поэтому я сразу же ей ответил.

— Да, красавица! Мы что-то забыли обсудить?

Она что-то невнятно пробормотала, что меня однозначно позабавило. Волнуется.

— Я хотела спросить за подругу. Можно ли мне взять ее с собой?

Я решил воспользоваться предоставленным случаем и пригласить Розу на еще одну встречу. Теперь-то уж точно не отвертится. Мне хотелось расцеловать ее подругу за то, что она предоставила мне такой шанс.

Закончив разговор, довольный собой, убрал телефон и уже начал продумывать нашу встречу.

— Ну что, давай писать скрим? — сказал Пахану.

— Окей.

Я зашел в комнату для записи, надел наушники, и понеслось…

 

Роза

До дома меня подбросила Люда. Димы еще не было. Скинув туфли, прошла в комнату и упала на кровать. Я все еще не могла выбросить из головы тот факт, что мне придется снова встретиться с Ковальским. И на этот раз не по работе. Меня немного потряхивало от осознания того, что это будет похоже на свидание. Что я скажу Диме? Совру? Не очень приятная перспектива.

Только подумав о нем, услышала звук открывающейся двери.

— Розита, я дома! — прозвучал в тишине квартиры Димкин голос.

Скорые шаги, и вот он уже в комнате. Нависает надо мной, целует в губы…

— Ну как прошла встреча?

Любимый лег рядом со мной, я повернула голову к нему.

— Отлично, — сказала, улыбаясь. — Только завтра придется еще раз встретиться с заказчиком. Так уж он захотел.

Похоже, Дима не догадывается, что наш клиент и Андрей Ковальский — одно и то же лицо. И к лучшему. Нечего накручивать себя по пустякам.

 — И я его понимаю, — повернувшись ко мне, прошептал Димка. — Любой захочет еще раз встретиться с такой красавицей. Но ты моя. Только моя. И я никогда никому тебя не отдам.

Его губы накрыли мой рот жадным поцелуем. И мы больше не возвращались к теме о предстоящем мероприятии.

 

Утром, когда я была уже на работе, пришла эсэмэска от Андрея: «Кафе Мишель. 14:30». Я заранее предупредила Маргариту о том, что мне нужно будет отлучиться на несколько часов, поэтому она вышла сегодня на смену вместе со мной. Взяв такси, в назначенное время я поехала в кафе. Ковальский был уже там. Не узнать его невозможно. Он выделялся на фоне заурядных посетителей своим нестандартным внешним видом.

Подойдя, села за стол и поздоровалась:

— Добрый день. Давно ждете?

— Добрый. Может, все-таки перейдем на «ты»? — милая улыбка озарила лицо Андрея.

— Хорошо. Так действительно будет проще.

Я вздохнула с облегчением — наконец-то эта игра закончена. Ведь мы перешли на «ты» еще в гримерке.

— Ты голодна?

— Нет.

— Тогда мы можем ехать.

— Ехать? Куда, если не секрет?

— Секрет, — лукаво передернул бровями Андрей. — Все узнаешь на месте. Пойдем?

Что ж, у него получилось заинтриговать меня.

Встав, направилась вслед за ним. На стоянке заметила припаркованный белый «Форд Мустанг», который отреагировал на нажатую кнопку брелка. По дороге до секретного места Андрей не доставал меня вопросами, не пытался приставать или оказывать хоть малейшие знаки внимания, просто молча ехал в известном только ему направлении.

Машина вмиг домчала нас до нужного места. И когда она затормозила у большого здания, напоминающего школу, я поняла, куда мы приехали. Это был детский дом.

Уже на улице Андрей достал из багажника полные пакеты с подарками для детишек. Я увидела подгузники, игрушки, коробки со сладостями, фрукты.

— Ух ты, хорошо подготовился, — улыбка тут же коснулась моих губ.

— А то! Пошли?

Мы подошли к главному входу, Андрей нажал на кнопку звонка, и дверь открылась. В здании нас встретила симпатичная женщина лет шестидесяти в элегантном брючном костюме.

— Андрюша! Здравствуй, мой хороший!

Она радушно приняла его в свои объятия и ласково погладила по спине, как родного.

— Добрый день, Антонина Юрьевна. Простите, что без предупреждения…

— Ничего, мы всегда рады тебя видеть, — сказала, отстранившись. — В любое время дня и ночи.

— Я знаю, — на лице Андрея появилась такая счастливая улыбка, что он стал походить не на грубого татуированного мужика, каким я его посчитала при первой встрече, а на милого и любящего парня.

Он приобнял женщину за плечи, так, как будто та была ему матерью. Видимо, это важный человек в его жизни.

— Кстати, познакомьтесь, это Роза, — представил он меня. — А это Антонина Юрьевна, моя вторая мама.

Вот это новости. Неужто Андрей воспитывался в детском доме? Что-то я не слышала ничего подобного от Люды.

— Добрый день, Роза. Очень приятно познакомиться.

— Здравствуйте, — немного смущаясь произнесла я и кивнула в знак приветствия. — Мне тоже.

— Проходите ко мне в кабинет, мои хорошие! Давайте! — легонько подталкивала нас в спины Антонина Юрьевна. — Сейчас я чайник поставлю.

Мы прошли по длинному коридору и остановились у кабинета директора. Тут же навстречу нам уже выбежала толпа ребятишек из соседней комнаты, а, увидев Андрея, ребята восторженно закричали: «Андрюша! Андрюша приехал!»

Он присел на корточки и поймал в объятия всех восьмерых девчонок и мальчишек, которым на вид было лет по шесть-семь.

— Привет, родные! Ну как вы? Все хорошо? Соскучились? — с улыбкой задавал он вопросы, на что детишки хором отвечали:

— Да!!!

Я смотрела на эту картину и умилялась. Чувства, которые сейчас испытывала, не умещались в груди. Восторг. Нежность. Счастье. Я радовалась вместе с детьми и боролась с желанием вот так же крепко обнять Андрея за шею. Не встречала еще более заботливого и доброго человека. Смотрела на него и теперь гордилась своим знакомством с ним.

По настоянию Антонины Юрьевны все мы прошли в кабинет директора. Андрей представил меня детям, которые тут же переключили свое внимание с него на меня.

— А почему тебя назвали как цветок? — спросила одна из девочек.

«Потому что моей маме оно очень понравилось», — хотела сказать, но тут же отдернула себя. Не стоит, наверно, говорить о маме при детишках, у которых ее нет.

— Потому что роза очень красивая, — вышла я из положения. — А тебя как зовут?

— Вера, — ответил ребенок.

— У тебя тоже очень красивое имя, Вера.

— Смотрите, что мы вам привезли! — воскликнул Андрей, вынимая из пакета коробки с конфетами и игрушки.

Когда дети увидели подарки, глазки у них загорелись. Они тянули к ним свои маленькие ручки, желая поскорее заполучить заветные лакомства.

Я улыбалась, смотря на то, как Андрей возится с малышами, и в какой-то момент начала ему помогать раздавать гостинцы. Когда дети счастливы — это самое дорогое, что может быть.

— А кто любит шоколадные яйца?

— Я!!! — хором выдали малыши и окружили Андрея.

— Тогда быстрее разбираем!

Когда воспитатели увели детей, Антонина Юрьевна напоила нас чаем и рассказала забавные случаи из детства Андрея. Оказывается, когда ему было семь лет, он утащил у нее из кабинета розу, чтобы подарить понравившейся девочке. Это так мило. Видимо, эта самая роза стала символом, выбитым у него на шее. Кажется, я начала понимать значение его татуировок. Но если роза ассоциируется с первой любовью, то что означают демоны и черепа на руках?

— А еще… — вспомнила что-то Антонина Юрьевна, — Розочка, послушайте… Андрюша всегда защищал маленьких и слабых. Он очень добрый и отзывчивый. Да что я вам рассказываю, — махнула она рукой, — Вы и сами это прекрасно знаете.

Я кивнула, соглашаясь с ней, и улыбнулась. Теперь знаю. Посмотрела на Андрея, который сидел напротив, и напоролась на внимательный взгляд невероятно красивых зеленых глаз. Как давно он смотрит? Такое ощущение, словно пытается дотянуться до меня этим взглядом, словно хочет запомнить каждую черту моего лица. Я на мгновение замерла и, смущаясь, отвернулась от него.

— Что ж, нам уже пора, — произнес Андрей и поднялся со стула. — Я еще заеду.

Он подошел и поцеловал Антонину Юрьевну в щеку.

— Мы пойдем, а Вы не скучайте тут, — выразил он свое напутствие.

Я тоже встала и, попрощавшись, на ватных ногах пошла за Андреем. Сердце испуганно, словно пойманная птичка, рвалось из груди, а в голове бился единственный вопрос: что со мной происходит? Не найдя ответа, молча села в машину и отвернулась к окну, пытаясь скрыть от Андрея свои пышущие жаром щеки.

— Не пожалела, что согласилась встретиться со мной еще раз?

— Нет, — коротко ответила, повернувшись.

И вдруг меня прорвало на эмоции. Улыбка не сходила с лица, хотелось улыбаться, шутить, обсуждать сегодняшний день снова и снова. Андрей неотрывно смотрел на меня, пока я делилась с ним впечатлениями, и внимательно слушал, не перебивая. А когда я остановила волну слов, он вынул из бардачка конверт и протянул мне:

— Держи, это приглашение для твоей подруги. Как и обещал.

Я поблагодарила и взяла конверт.

— Она будет на седьмом небе.

— А ты?

— А что я?

— Ты счастлива?

— Да. Тебе удалось меня удивить.

Сегодня я поняла, насколько образ, который мы видим на экране или на сцене, отличается от реального. Там просто игра на публику, эти огромные тоннели в ушах, татуировки по всему телу… они придают колорита, делают Андрея необычным, особенным, отличным от других. Но в реале совершенно не важно, как выглядит человек внешне, главное — это его внутренний мир, его доброта и человечность.

Дети были такие счастливые, а вместе с ними и я. Увидев их улыбки, поняла, что вот из таких небольших мелочей строится счастье.